кадр Би-Би-Си. На фото: иллюстрация

80 лет назад, когда нацисты оккупировали Францию, две еврейские девочки из Эльзаса оказались под смертельной угрозой. Но они выжили, как и десятки других, благодаря храброй монахине из обители под Тулузой.

Двенадцатилетняя Элен Бах играла в саду с младшей сестренкой Идой, когда они увидели приближающийся военный грузовик и кинулись в дом.

После германского вторжения в мае 1940 года девочки и их мама покинули родной дом в Лотарингии на северо-востоке Франции, пытаясь добраться до «свободной [от оккупации] зоны» на юге страны.

Чтобы всю семью не схватили сразу, было решено, что отец Элен и Иды, Арон с самой старшей дочерью Анни поедут отдельно. Когда их арестовали и отправили в лагерь под Туром, мать арендовала дом неподалеку. Там она с младшими девочками и оставалась спустя год, но нацисты добрались и до них.

Элен и восьмилетняя Ида вбежали в кухню и крикнули матери, что едут немецкие солдаты. «Мама велела нам бежать и прятаться в лесу, — рассказывает Элен. — Я держала сестру за руку, но она упиралась и хотела назад к маме. Уже слышны были голоса немцев. Я выпустила руку Иды, и она убежала».

Элен пряталась в лесу, пока не исчезли посторонние звуки. Затем она осторожно пробралась в дом и нашла на столе немного денег, оставленных матерью: «Она понимала, что я вернусь».

Какое-то время Элен провела у друзей по соседству. Она больше никогда не видела мать и младшую сестру.

История старшей сестры

У старшей сестры, Анни, была своя история спасения. Проведя год в лагере под Туром, она сумела перелезть через забор и убежать. 16-летней Анни удалось в одиночку добраться до дома тети в Тулузе на юге Франции. Семья тети не регистрировалась как евреи, выдавая себя за католиков. Но и там Анни не могла чувствовать себя в безопасности.

Однажды осенью 1942 года в дверь постучали полицейские: «Давайте вашу домовую книжку и показывайте всех детей, мы должны все проверить!».

«Самое большое везение в моей жизни состоит в том, что моя сестра Ида вышла тогда за хлебом. И тетя сказала: вот Эстелла, Анри, Элен и, показывая на меня, Ида. С тех пор я поверила в чудеса», — говорит Анни.

Вскоре после прибытия Анни в Тулузу тетушка получила письмо от Элен, скрывавшейся под Туром, и стала думать, как выручить ее оттуда.

В результате однажды ночью в дом, где жила у друзей Элен, постучалась молодая женщина из французского Сопротивления — их также называли «Маки». «Она сказала, что приехала за мной, и поможет мне пересечь демаркационную линию [между оккупированной и неоккупированной частями Франции], — вспоминает Элен. — А в знак того, что ей можно доверять, показала мою же фотографию, которой снабдила ее тетя».

Путешествие было трудным. У девушки были с собой фальшивые документы, в которых говорилось, что они с Элен — студентки, хотя 12-летняя девочка на студентку явно не выглядела. Несколько раз их останавливали и допрашивали.

«Свободная зона» на юге Франции являлась таковой лишь по названию. Правительство маршала Петэна приняло антиеврейские законы и конфисковало еврейские активы.

Письмо епископа

23 августа 1942 года архиепископ Тулузский Жюль-Жеро Сальеж направил письмо своим кюре, поручив зачитать его пастве.

«В нашей епархии творятся возмутительные вещи, — говорилось в этом документе. — С детьми, женщинами и мужчинами, отцами и матерями обращаются как с животными. Членов семей разлучают друг с другом и увозят неизвестно куда. Евреи — мужчины; еврейки — женщины. Они часть рода человеческого, как все остальные. Христианин не вправе забыть об этом».

Он заявлял протесты властям Виши, когда большинство его коллег молчали. Из ста французских католических епископов лишь шесть, включая Сальежа, возвысили голос против нацистского режима.

Обращение архиепископа нашло отклик у сестры Денизы Бергон, молодой настоятельницы монастыря Пресвятой Девы Массипской в Капданаке в 150 километрах северо-восточнее Тулузы. «Этот призыв глубоко тронул нас. То, как мы откликнемся на него, должно было стать испытанием силы нашей веры, которая стоит над любыми партиями и расами. Это было и актом патриотизма. Защищая гонимых, мы бросали вызов гонителям «, — писала она после войны в 1946 году.

При монастыре имелась школа-интернат для девочек, и Дениза Бергон знала, что скрыть евреек среди учениц-католичек возможно. Но ее волновал риск для сестер-монахинь и необходимость обманывать. Ее собственный епископ поддерживал Петэна, так что настоятельница обратилась за советом к архиепископу Сальежу. Его ответ она записала в своем дневнике: «Будем лгать, дочь моя, будем лгать, если это спасет людские жизни!».

В декабре 1942 года сестра Дениза принялась собирать еврейских детей, прятавшихся в лесистых долинах и горах департамента Аверон на юге Франции.

По мере того, как учащались облавы на евреев, в которых, кроме немецких войск, с 1943 года участвовала французская фашистская милиция, число укрывшихся в обители еврейских детей постепенно выросло до 83.

Среди них оказалась и Анни Бах — тетя решила, что в монастыре безопаснее, чем в Тулузе. Вскоре к ней присоединилась младшая сестра Элен — участница Сопротивления, вывезшая ее из Тура, доставила девочку прямо туда.

Элен наконец оказалась в надежном месте, хотя после приезда ее переполняли эмоции. «Мадам Бергон сразу увела меня в комнату и поговорила со мной по-матерински, сделала все, чтобы я почувствовала себя дома», — вспоминает она.

Но на душе девочки тяжким грузом лежала судьба младшей сестры Иды. «Каждый вечер, закончив готовить уроки, мы шли играть. И каждый раз я думала: если бы я не дала сестре вырвать руку, она сейчас была бы со мной».

Безопасная крепость

Еще один беглец из Эльзас-Лотарингии, мальчик по имени Альберт Зайфер, был ровесником Элен. «За высокими стенами мы жили как в крепости, — вспоминает он. — Мы чувствовали себя счастливыми. Мы не ощущали войны, хотя ежедневная опасность, вообще-то, никуда не исчезла».

Родители и опекуны присылали со своими детьми деньги и драгоценности на их содержание. Сестра Дениза скрупулезно записывала расходы.

«С начала 1944 года облавы на евреев стали чаще и жестче, — писала она в 1946 году. — Просьбы приходили со всех сторон. Мы приняли еще 15 девочек, некоторые из которых ускользнули от гестапо буквально чудом. Они стали нашими детьми, и мы дали себе слово вынести все что угодно, но вернуть их родителям в целости и сохранности».

Кроме сестры Денизы, в секрет были посвящены директор школы Маргерит Рок, капеллан и еще две монахини. Остальные 11 сестер считали девочек беженками из Эльзаса и Лотарингии, но не знали об их еврействе — как и чиновники, у которых сестре Денизе приходилось просить дополнительные продуктовые карточки.

Девочек могло выдать незнание католических обрядов, но сестра Дениза нашла объяснение. «Мы прибыли с востока Франции, где большая промышленность, и многие рабочие были коммунистами, — рассказывает Анни Бах. — Так что нас выдавали за детей коммунистов, которых родители не учили религии».

Чем дольше длилась оккупация, тем опаснее становилась жизнь. Сестра Дениза начала всерьез опасаться, что в монастырь придут с обыском.

«Хотя документы и драгоценности девочек и так были спрятаны в укромных местах здания, однажды ночью, когда все спали, мы вырыли в саду яму и закопали там все, что могло нас скомпрометировать», — вспоминала она в записях, сделанных в 1946 году.

В мае 1944 года в регион прибыла с Восточного фронта закаленная в боях элитная дивизия СС «Дас Рейх».

Анни вспоминает, как в монастырь явился участник Сопротивления, чтобы сообщить тревожную новость. «Однажды в дверь позвонили. Поскольку дежурная сестра куда-то отошла, я отперла сама, — рассказывала она. — На пороге стоял молодой человек. «Быстро! — сказал он. — Мне надо видеть вашего директора. Это очень срочно!». Этот человек сообщил, что нас кто-то выдал. Кругом говорят, что в монастыре укрывают еврейских детей».

Сестра Дениза договорилась с партизанами, что они предупредят выстрелами о приближении врагов. «Детей укладывали спать парами, старшего ребенка с младшим. При звуках тревоги они должны были тихо и быстро уходить в лес», — писала она в 1946 году.

Потом она решила спрятать детей, но дожидаясь, когда за ними придут. Семерых, в том числе Анни Бах, отвели в часовню. «Капеллан был сильный мужчина. Он приподнял тяжелые скамьи, и в полу открылся люк. Мы проскользнули вниз», — вспоминает она.

В тайнике размером 2,5х2,5 метра и высотой меньше полутора метров дети провели пять дней и ночей. Чтобы встать, распрямившись, или лечь во весь рост не хватало места. Воздух поступал через трубу, выведенную во двор. Поесть, слегка размяться и сходить в туалет их выпускали ненадолго перед рассветом.

«К тому же каждую минуту мы думали, что монахинь уже арестовали. Через пять дней мне показалось, что терпеть дальше невозможно», — говорит Анни. Заключение в тайнике оставило след на всю жизнь — с тех пор Анни не могла спать без света. Элен повезло больше — ее отправили в местную семью.

Эсэсовцы так и не явились в монастырь, но оставили недалеко от входа в него свой след — бросили на дороге тела убитых Маки. Анни помогла сестре Денизе отнести к ним цветы.

В июне 1944 года дивизия «Дас Рейх» была переброшена в Нормандию, где высадились союзники, — напоследок эсэсовцы учинили две массовые расправы над населением, чтобы отомстить за действия партизан. В Нормандии она вскоре была окружена и разгромлена американской 2-й бронетанковой дивизией, потеряв пять тысяч человек личного состава и свыше 200 танков и бронемашин.

После освобождения южной Франции в августе 1944 года еврейские дети постепенно покинули обитель. Альберт Зайфер встретился со своим отцом, выжившим в Освенциме.

Анни и Элен повезло меньше. Их тетушка осталась жива, но родители и младшая сестра Ида были убиты в том же Освенциме.

Сестрам сейчас 94 года и 90 лет. Старшая, Анни, осталась в Тулузе, обзавелась семьей, недавно стала прабабушкой. Элен тоже вышла замуж, родила сына, живет в Ричмонде на западе Лондона. Они видятся так часто, как позволяет здоровье.

90-летний Альберт — тоже в Тулузе. Они с Анни частенько видятся.

Сестру Денизу все трое называют «мадонной войны». До самой ее смерти они навещали ее, и Анни брала с собой детей — чтобы знали и помнили.

Сестра Дениза осталась в обители и продолжала работать до своей кончины в 2006 году в возрасте 94 лет. Впоследствии она помогала детям-инвалидам и иммигрантам из Северной Африки.

В 1980 году израильский музей «Яд-Вашем» внес ее в список «праведников народов мира». В нем значатся имена 27712 человек 51 национальности, с риском для себя спасавших евреев от Холокоста.

Ее именем названа улица в Капданаке.

В монастырском саду, на месте ямы, где сестра Дениза прятала ценности и документы еврейских детей, после войны возвращенные ею в целости их семьям, 5 апреля 1992 года установили памятный знак и посадили ливанский кедр.

Би-Би-Си

Наше Кафе - Новости ИзраиляOrbitaВторая мировая война,катастрофа,спасение евреев,холокосткадр Би-Би-Си. На фото: иллюстрация 80 лет назад, когда нацисты оккупировали Францию, две еврейские девочки из Эльзаса оказались под смертельной угрозой. Но они выжили, как и десятки других, благодаря храброй монахине из обители под Тулузой. Двенадцатилетняя Элен Бах играла в саду с младшей сестренкой Идой, когда они увидели приближающийся военный грузовик...Русскоязычная пресса